БЕЗ МОРЗЯНКИ И РАДИСТКИ КЭТ
Помните в фильме радистку Кэт, которая передавала шифровки Штирлица? Красиво, фантастично, но смешно. Во время войны главная проблема - связь. В одном из армейских уставов мне запомнилась фраза: <Связь - нерв боя>. Так вот, радистка Кэт никак не могла решить эту проблему: научно-техническая информация не зашифровывается и не передается телеграфным ключом - это десятки и сотни листов технического текста, схем, чертежей, образцов. Как их передавал Янкель? С помощью тортов. Академик Берг писал отчет в ГРУ 11 июля 1944 года: <Полученные от вас материалы на 1082 листах и 26 образцов следует считать крупной и ценной помощью делу>. 30 декабря 1944 года: <Получил от вас 475 иностранных письменных материалов и 102 образца аппаратуры. Подбор материалов сделан настолько умело, что не оставляет желать ничего лучшего>. Чуть позже: <Получил от вас 811 иностранных информационных материалов, в том числе 96 чертежей, описаний и инструкций новейших радиолокационных средств. Совет по радиолокации Госкомитета обороны готов поддержать представление ваших работников к правительственным наградам и премированиям>.
Несколько слов об академике Акселе Берге: еще в царское время он был командиром подводной лодки. В 1937 году профессор Военно-морской академии Берг был арестован за <антисоветскую пропаганду и агитацию.> Отсидел в колымских лагерях три года. Накануне войны был освобожден и реабилитирован, назначен руководителем Совета по радиолокации Государственного Комитета обороны, руководителем которого был Сталин. Он был интеллигентом старой закваски, самым крупным специалистом радиолокации, его называли <отцом советского радара>. И оценка деятельности разведчика таким специалистом дорого стоит.
Всего Черняком было передано 12.500 листов технической документации, 102 образца аппаратуры, документы, касающиеся радиолокации, электоропромышленности, корабельного и авиационного вооружения, металлургии. И Янкеля Пинхусовича Черняка представили тогда к званию Героя Советского Союза. Но Сталин этого представления не подписал. Война еще не кончилась.
А помните последние кадры <Семнадцати мгновений весны>? Штирлиц возращается в Берлин и едет в туманную даль. Даль эта и в самом деле была очень туманной. Из Швейцарии он перемещается в Лондон.

ЯДЕРНЫЙ ПРОЕКТ
И там, в Лондоне, пытается раскрыть секреты английского ядерного проекта, над которым Британия работала параллельно с американцами. Но как выйти на это? И он нашел дорогу к сотруднику Кавендишской лаборатории Кембриджского университета, секретарю Британского и Кембриджского отделений Национального исполкома Ассоциации научных работников Великобритании профессору Аллану Нанн Мею. Профессор работал в британской ядерной программе <Тьюз Эллойз> и был дружен с другим ученым, завербованным советской разведкой, - Дональдом Маклином, имевшим оперативное имя <Гомер>. Ян Черняк завербовал Мея, который получил кличку <Алек>. Он и передал Черняку документы об основных направлениях ядерных разработок в Англии, в частности, в Кембриджской лаборатории. Это были чертежи уранового котла и описание принципов его работы - 130 листов сверхсекретной документации. Позднее профессор Аллан Нанн Мей вспоминал об этом так: <Вся эта история причинила мне огромную боль, и я занимался этим только потому, что считал это своим посильным вкладом в безопасность человечества>.
В конце войны Мея перевели в Монреальскую лабораторию Национального научно-исследовательского совета Канады. Она работала на американский атомный проект <Манхэттен>. Как раз в то время американской контрразведкой был разоблачен как шпион советский военный атташе полковник Николай Заботин. Заботина с позором выдворили из Канады. Кремлю даже пришлось приносить официальные извинения <за личную инициативу дипломата>. Но это была далеко не личная инициатива. Вот Ян Черняк и заменил Николая Заботина, возглавив советскую резидентуру в США и Канаде.
Он создал новые источники информации и вскоре переслал в Москву доклад Ферми, перечень ядерных научно-исследовательских объектов США и Канады, а также полученные от профессора Мея образцы урана-235. Они были запаяны в обертку из-под конфет в виде окиси на платиновой фольге. Всего 162 милиграмма.
Группа Черняка работала успешно. Но ее выдал предатель. Им оказался шифровальщик Игорь Гузенко, работавший в советском посольстве в Канаде. Он попросил у канадцев политического убежища и пришел к ним не с пустыми руками, а прихватив секретные документы. Канадской контрразведке стали известны имена 19 советских агентов. Девять из них были арестованы и осуждены. Агентурная группа, работавшая по атомному проекту, была обескровлена. Но предатель Гузенко не знал имени руководителя группы. За дело взялся британский Скотланд-Ярд и разведслужба МИ-5. Они вычислили личность <Алека>, и вскоре профессор Мей был арестован. В ходе следствия и суда он признался в том, что был завербован Москвой. Его приговорили к 10 годам тюрьмы, но вскоре выпустили за хорошее поведение, после чего он перебрался в Гану, где стал профессором физики местного университета. Был арестован и ценный агент ГРУ <Мулат> - Залман Литвин, работавший профессором университета Южной Калифорнии.
Москва решила вывести из игры Яна Черняка и всю его команду. Для этого в американский порт отправился с визитом доброй воли советский военный корабль. Ночью он принял на борт девять человек, переодетых в форму военных моряков, изрядно подгулявших в ночных клубах Нью-Йорка. Их доставили в Севастополь. Так Янкель Пинхусович Черняк оказался в СССР. Изредка его привлекали к оперативной работе, а потом о нем надолго <забыли>. Почти что навсегда.

БЛАГОДАРНОСТЬ РОДИНЫ
Ему еще повезло. Могло быть и хуже. Моему родному дяде - брату матери- совсем не повезло. Он был работником Коминтерна, то есть разведчиком в Голландии и Бельгии. Когда Сталину доложили о том, что 22 июня 1941 года начнется война, он сказал начальнику разведки Генштаба: <Пошлите своих разведчиков в ж..>. Моего дядю Бориса срочно отозвали и расстреляли за два дня до начала войны как <изменника Родины>. В доме нельзя было о нем говорить, не осталось даже фотографий. Боялись. От него остались два костюма, которые мама в самое голодное время не продала, не обменяла. Я их донашивал в свои студенческие годы - красивые пиджаки с искоркой, а в верхнем кармане было такое прикольное зеркальце, запеленутое в красивый лоскут из очень мягкой ткани. Я был в этом клифте как настоящий пижон. Мама говорила: <Как ты похож на Борьку - настоящий дипломат!>.
А вот знаменитому <Кенту>- Анатолию Марковичу Гуревичу, о котором на Западе изданы десятки книг и написаны сотни статей, повезло куда меньше. О нем на Родине не знали ничего. И был он реабилитирован лишь в 1991 году. Сын харьковского аптекаря, выучивший язык Сервантеса, был <произведен> в лейтенанты испанского флота и отправлен в Бельгию с липовыми документами, в которых были даже орфографические ошибки, из-за которых начались серьезные проколы. Он назвал таксисту адрес гостиницы, а это оказался публичный дом. Пришлось выкручиваться самостоятельно: он превратился в богатого уругвайца Винсента Сиерро, посещал школу танцев. Руководителем разведгруппы был Леопольд Треппер, который возглавлял <Красную капеллу> до того, как гитлеровцы оккупировали Бельгию. Трепперу пришлось срочно покинуть Брюссель, поскольку у него была ярко выраженная еврейская внешность, и <Капеллу> возглавил Анатолий Гуревич - <Кент>. Он познакомился и очаровал блондинку-миллионершу Маргарет из семейства Зингеров. Они устраивали пышные вечеринки, на которые приходили люди высшего общества и немецкие офицеры. Гуревич создал успешную коммерческую фирму <Симеско> с миллионными доходами, которая получила заказы от германской армии - на производство полутора миллионов алюминиевых ложек и особой ткани для того, чтобы в ней удобно было солдатам в Африке. Так Гуревич вычислил количество пленных, захваченных в первые дни (ложки для них предназначались), и о том, что готовится операция Роммеля в Африке. В 1942 году он сообщил в Центр о планах гитлеровцев захватить нефтедобывающие районы Кавказа. Красная Армия перегруппировала силы и закрыла Кавказ. <Кенту> была объявлена личная благодарность Сталина.
<Красная капелла> - это не просто разведгруппа, это огромная шпионская сеть, которая была накинута на Европу и охватывала ее от Испании до Норвегии. В ней и работал мой дядя Борис. Она действовала до 1942 года: гестапо арестовало <Кента>-Гуревича и Маргарет. Его лично допрашивал глава гестапо Мюллер. Его не пытали, не били. <Кенту> предложили участвовать в радиоигре, и он согласился, потому что знал, как сообщить, что его шифровки идут под контролем. Но чекисты были настолько непрофессиональны, что даже не заметили условных сигналов. Гуревич никого не выдал, гестапо не знало даже его настоящего имени. В 1946 он летел в Москву, и ему казалось, что самолет летит слишком медленно. С аэродрома его повезли в советское гестапо - в СМЕРШ. Вот там он и получил в полном объеме и пытки, и издевательства, и унижения. Анатолия Марковича Гуревича - <Кента> пытали 16 месяцев. В пытках и допросах участвовал и начальник СМЕРША генерал Абакумов. Особое совещание при МГБ СССР <за измену Родине> приговорило Гуревича к 20 годам заключения. Он провел в Воркутинских и Мордовских лагерях больше времени, чем работал <на холоде>. И всю жизнь, оклеветанный и обоганный, считался предателем, что было страшнее всего.Он вышел на свободу и был оправдан лишь в 1991 году. Жил в питерской хрущобе, а жалкую пенсию тратил, в основном, на лекарства. Он умер в январе 2009 года в возрасте 96 лет, а в 2003 году в Испании умер его и Маргарет сын - Мишель Барга. И мало кто знал, что знаменитый <Кент>, Винсент Сиерра, Антонио Гонсалес - это Анатолий Маркович Гуревич.
Удивительно, что Лев Маневич, Янкель Черняк, Леопольд Треппер, Шандор Радо, Анатолий Гуревич, собирательный образ которых воплотился в мифическом Штирлице, - эти выдающиеся во всех отношениях евреи - работали на подлый сталинский антисемитский режим и фактически ему отдали свои яркие жизни.Почему? Потому что умные люди ошибаются не реже дураков. Лев Маневич - <полковник Старостин>- умудрился передавать в Центр информацию из лагеря смерти и умер 9 мая 1945 года. Анатолий Гуревич большую часть жизни провел в ГУЛАГе, Леопольд Треппер тоже отсидел свое и после реабилитации оказался в Польше, затем во Франции, а в конечном счете - в Израиле. Шандор Радо жил в Будапеште.
Родина щедро кормила всех нас березовой кашей, и ее герои сидели в тюрьмах дольше, чем воры и убийцы. Такова сель-авив, как говорил один мой шибко умный знакомый.