Появившаяся на прошлой неделе сенсационная статья о масштабах дезертирства из Майкопской разведывательной бригады - российской части, воевавшей на территории Украины с самого начала конфликта, - в немалой степени объясняет причины пассивности российской армии и нерегулярных пророссийских формирований на Донбассе. Из одной бригады за половину 2015 года было осуждено за самовольное оставление части 62 человека, и это менее половины тех на кого открыты уголовные дела. Причем значительная часть случаев бегства приходится на лето-осень 2014 года - более поздние дела еще не дошли до адвокатов и суда.

Объяснение причин своего бегства майкопцы дают простое - им надоедало месяцами сидеть на полигонах в Ростовской области, в ужасных бытовых условиях, и ждать то ли добровольной (через вербовщиков), то ли принудительной отправки на Украину. Вполне вероятно, что некоторые из дезертиров успели там побывать в "командировках" и совершенно не жаждали их повторения. Тем более что участие в тайной войне не оплачивалось.

Что солдаты из самых боеспособных частей российской армии всеми силами избегают отправки через Ростовскую область в Украину - это не новость. Еще в феврале появлялись сообщения о том, что мурманские контрактники из ракетно-артиллерийской части взбунтовались, не пожелав переучиваться на стрелков и в этом качестве выезжать на учения на границу с Украиной. Однако на тот момент их настроение было таково: будет официальный приказ главнокомандующего - тогда, мол, все пойдем.

Официального приказа они, как и другие российские военные, не дождались. Война, которую Россия ведет, как водится, втайне, построена по другим законам. Но если война ведется исподтишка, да к тому же на чужой территории, то у военных отнимается главный мотив для готовности жертвовать своей жизнью - непосредственная опасность для родины. А если подобная война усугубляется характерными для всего "тайного" пороками (ведь высшее начальство под покровом тайны все равно не увидит) - пренебрежением к судьбам солдат, к условиям их жизни, предательством по отношению к попавшим в плен, разворовыванием положенных выплат, - то всерьез говорить о лояльности наемников-контрактников не приходится. И тут полгода колонии-поселения, которые такой контрактник сейчас реально получает за оставление места службы, - это небольшая плата за возможность соскочить с поезда, несущегося под откос.

И это поняли не только контрактники, которые в армию все-таки идут не для участия в войне, а за деньгами, но и российские добровольцы, составляющие около 80% "армий" ЛДНР. В условиях относительного мира их и без того довольно-таки условные доходы в большинстве подразделений сократились почти до нуля, а вероятность погибнуть от украинской мины на передовой осталась существенной.

http://grani.ru/opinion/mitrokhin/m.242813.html