История о том, как нашим хоккеистам не отдали честно завоеванный трофей, уже обросла легендами и различными трактовками. Спустя 30 лет докопаться до истины достаточно трудно, но факт остается фактом – здоровенный кленовый лист из титано-никелевого сплава советские хоккеисты сумели потрогать только на льду, когда его вывезли на столике после окончания финала.



Организаторы были настолько уверены в успехе канадцев, что не поставили никого в известность о правилах содержания и вручения Кубка. Когда же наши хоккеисты попытались упаковать приз в дорожную сумку, внезапно выяснилось, что трофей – национальное достояние Канады и не должен покидать территории этой страны.

По одной из версий, Алан Иглсон лично отобрал трофей у Александра Мальцева, который пытался застегнуть сумку. Версия Виктора Тихонова немного другая: "Главный приз за победу в Кубке Канады у нас тогда отобрали… полицейские. Причем прямо в раздевалке, хотя мы долго сопротивлялись, не отдавали его, ибо нам никто не говорил, что огромный кубок из дорогого сплава в форме половины кленового листа – переходящий". По третьей версии, идея отобрать Кубок принадлежала штатному доктору канадской сборной, который крикнул Иглсону: "Алан, они хотят украсть наш кубок!"

В результате всей этой заварухи кубок уронили. В настоящее время в Зале хоккейной славы хранится подлинник этого трофея – его легко узнать по слегка погнутому уголку кленового листа.

Впрочем, в отличие от хоккейных чиновников, простые канадские болельщики понимали всю несправедливость истории с кубком. Болельщик из Виннипега Джордж Смит организовал сбор средств, чтобы изготовить точную копию кубка, и когда было собрано несколько тысяч (!) долларов, копия была сделана и вручена советскому послу в Оттаве, а чуть позже трофей передали в руки хоккеистов на ежегодном турнире "Известий". Болельщики двух противоборствующих сборных в очередной раз оказались человечнее чиновников, а чувство справедливости победило политические разногласия.