С 10 апреля по 19 мая 1922 года Советская Россия под названием
РСФСР участвовала в международной конференции в итальянском
городе Генуя.4 По сути, это были первые смотрины большевистского
руководства страны перед всем «цивилизованным миром». Речь, как
и всегда, пошла о деньгах. Западные правительства выставили огром<
ные финансовые претензии, куда вошли довоенные и военные долги
и проценты на них. Кроме того, от большевиков потребовали с про<
центами оплатить все поставленное белым правительствам имуще<
ство, но не оплаченное ими (!), а также возмещения стоимости всех
предприятий, владельцами которых были иностранные граждане.
Все это, по мнению западных экспертов, тянуло на 18 млрд золотых
рублей.
Разумеется, большевики выплатить такие деньги не могли. Еже<
годный платеж должен был достигать 80 % тогдашнего госбюджета
России! На этом и строился весь расчет: не имеющие возможности
расплатиться, большевики должны были попросту «сдать» Россию
и завершить закабаление, передав ее в управление бывшим партне<
рам по Антанте, устроившим с помощью Керенского и Ленина рево<
люционное крушение Российской империи.
Вот тут<то Владимир Ильич и показал партнерам по переговорам
большой кукиш! Вместо безоговорочного признания долгов и попа<
дания России в финансовую кабалу советская делегация без тени
смущения выкатила ответный иск: за иностранную интервенцию и
блокаду. Всего — 30 млрд золотых рублей. Через несколько дней
оторопевшим западным дипломатам был предложен несколько смяг<
ченный вариант. Большевики соглашались признать довоенные дол<
ги России и были готовы предоставить бывшим собственникам пре<
имущественное право взять в аренду или получить в концессию
ранее принадлежавшее им имущество. Взамен Англия, Франция и
Италия должны были признать Советское правительство де<юре,
оказать ему финансовую помощь, «забыть» о национализированных
предприятиях, а также аннулировать военные долги и проценты по
ним.
Так нагло с победителями в Первой мировой войне еще никто не
разговаривал. Кроме всего прочего, пока западные делегации обсуж<
дали неслыханные требования большевиков, советская делегация
совершила дипломатический шаг огромной важности. 16 апреля
1922 года в городе Рапалло, пригороде Генуи, был заключен бессроч<
ный договор междуРСФСРи Германией. Стороны взаимно отказы<
вались от претензий на возмещение военных расходов и невоенных
убытков; кроме того, Германия признавала национализацию герман<
ской государственной и частной собственности в РСФСР! Договор
был подписан тайно, ночью, а дипломаты остальных западных де
легаций узнали о нем после его подписания.

Это было уже слишком! Фактически ленинская Россия ухитри<
лась обвести англичан и французов вокруг пальца. Разумеется, по<
сле этого Генуэзская конференция закончилась ничем. Вслед за ней
провалом завершилась и вторая попытка миром убедить больше<
виков сдать Россию Западу. На Гаагской конференции (15 июня –
20 июля 1922 года) советская делегация держалась тех же самых по<
зиций, что и в Генуе. Становилось понятно, что с вышедшими из<под
контроля большевиками надо разговаривать иначе. Да и внутри Гер<
мании, столь явственно показавшей свою независимость, надо было
наводить порядок. Ведь не для того британская разведка делала ре<
волюции в России и Германии, чтобы они подружились!
Уже через два дня после заключения Рапалльского договора, 18 ап
реля 1922 года, правительства стран Антанты, Малой Антанты (Юго
славия, Чехословакия, Румыния), а также Польши и Португалии ад
ресовали Германии вызывающую ноту.Вней они обвиняли Германию
в нелояльности по отношению к союзникам, в том, что немецкие
представители «заключили тайно, за спиной своих коллег, договор с
Россией». Невообразимый шум подняла пресса. В результате руко
водители германской делегации И. Вирт и В. Ратенау посетили на
следующий день, 19 апреля, советскую делегацию и умоляли (!) вер
нуть им подписанный договор. Паника представителей «свободной
демократической» Германии была так велика, что они беспрестанно
бегали в английскую миссию, звонили в Берлин и снова возвраща
лись уговаривать делегацию Советской России сделать вид, что ни
какого договора никто никогда не заключал! Разумеется, среди рос
сийских дипломатов такая позиция понимания не нашла, и договор
был сохранен.
И сразу же в стране пива и сосисок начинается активизация нуж<
ных англосаксам сил. Словно лягушки в высыхающем болоте, они
дожидались своего часа. Подсохло болото — впали в оцепенение,
ждут. А когда пролилась живительная влага — проявляют невидан<
ную активность. Так и с политическими партиями в Германии. Разу<
меется, с нужными — с националистическими.
Напомню, что Рапалльский договор был подписан 16 апреля
1922 года.Инадо же случиться такому совпадению, что именно с вес&
ны 1922 года начинается «скачкообразный рост числа членов пар<
тии» в НСДАП!1 Именно в 1922–1923 годах в Германии начала рас<
кручиваться безудержная инфляция. Население стремительно бед<
нело. А у Адольфа Гитлера именно к середине 1922 года появились
деньги. Достаточно много денег. Потому что на январь 1923 года он
запланировал проведение партийного съезда в Мюнхене. Пять ты<
сяч отлично (и заново!) обмундированных штурмовиков должны
были промаршировать перед своим вождем.1 Одновременно были
арендованы двенадцать площадок для проведения митингов. Для
привлечения публики были наняты оркестры, группы народного тан<
ца и даже известный клоун.2 Сразу после Рапалло, весной 1922 года,
неожиданно и резко увеличился тираж гитлеровской газеты—с 8 до
17,5 тысяч экземпляров.3 По окончании же съезда «Фелькишер бе<
обахтер» и вовсе начинает выходить ежедневно. Вот такие «совпа<
дения»…